Памяти Валерия Зубова: уроки реформ и надежда на новые лидеры

Сегодня для меня особенно грустный день: 27 апреля — десятая годовщина со дня смерти Валерия Михайловича Зубова. Это был выдающийся современник, честный и принципиальный гражданин, глубокий интеллектуал и верный друг. Он был самым молодым деканом экономического факультета в СССР, первым демократически избранным губернатором Красноярского края и одним из немногих депутатов Государственной думы, не поддержавших аннексию Крыма.

Будучи человеком принципиальным и последовательным, он не стал объектом ни нездоровой ненависти, ни слепого поклонения — ни при жизни, ни после смерти. Его поступки и взгляды сохраняют значение и сегодня.

Хотя я не претендую на роль ближайшего друга Валерия Михайловича, мне повезло обсуждать с ним важнейшие экономические и политические темы, а также совместно публиковать статьи и книгу «Сибирское благословение», где он предлагал рациональные механизмы экономической и политической децентрализации.

К реформам невозможно подготовиться по учебникам

Зубову пришлось стать политиком в переломное время перемен. Его призвали руководить экономикой края не случайно: он был местным молодым талантливым экономистом, который лучше всех мог справиться с задачей. Выборы подтвердили его способности, но именно годы реформ принесли массу испытаний — и он учился действовать в условиях постоянных и порой непредсказуемых изменений.

Этот опыт показывает ключевую особенность российского перехода конца 1980‑х — 1990‑х: теоретические рецепты часто оказывались далёкими от практики, а даже признанные учёные превращались в практиков, вынужденных учиться на ошибках и оперативно приспосабливаться к новой реальности.

Новейшую историю России нельзя будет написать с чистого листа

Наше поколение — те, кому сейчас 55–70 лет — было свидетелем великих перемен и одновременно стало соавтором того, что потом во множестве сторонних сил было демонтировано или присвоено. Мы не всегда могли эффективно повлиять на ход событий, и это важное обстоятельство для понимания современного положения дел.

Многочисленные тексты о «постпутинском транзите» часто рассуждают стройно и убедительно, но упускают из виду ряд фундаментальных обстоятельств. На деле движущими силами трансформаций, скорее всего, станут группы элит, чувствующие угрозу своему существованию, а не широкие народные массы.

Отсюда вытекает, что написать новую историю России с чистого листа вряд ли удастся: придётся учитывать множество противоречивых интересов, и никакая доктрина не способна заранее решить все противоречия. Постпутинская Россия, вероятно, станет пространством компромиссов, иногда таких, которые сегодня трудно представить.

Появятся новые лидеры, и они справятся

Преобразования пойдут не по заранее утверждённому плану, а через череду проб, ошибок и локальных достижений. Опыт «демократической» России 1990‑х и «имперской» 2010‑х будет восприниматься с равной долей критики, и идеологи прежних эпох столкнутся с недоверием.

Особенно маргинализированными окажутся многие эмигрантские интеллектуалы: новое время откроет дорогу тем, кто умеет выживать и действовать в российских условиях — региональным предпринимателям, локальным лидерам и практикам, а не только столичным теоретикам.

Мой совет простой: не завидовать тем, у кого получится то, что не удалось нам. Мы увидим много новых людей, которые научатся на собственных ошибках и сумеют построить своё, отличное от прежнего, будущее для страны.