Минфин и Центральный банк предупредили президента о том, что нынешний уровень оборонных расходов ведёт к опасному росту бюджетного дефицита. Источники называют происходящее одним из наиболее серьёзных признаков внутренних разногласий в столице со времени начала полномасштабного вторжения.
При этом Минобороны не только сопротивляется сокращениям, но и настаивает на дополнительном финансировании: по словам двух близких к правительству источников, дефицит ведомства в 2026 году может достигнуть примерно 3 трлн рублей (около $36 млрд).
В документе, подготовленном в феврале министром финансов Антоном Силуановым и адресованном вице‑премьеру, общий перерасход по военным и силовым статьям оценивался в базовом сценарии в 2 трлн рублей, в худшем варианте — в 4 трлн.
Бюджет на 2026 год изначально верстался с надеждой на разрядку на фронте: авторы расчётов исходили из предположения, что после встречи лидеров в августе 2025 года военные расходы во второй половине 2026 года удастся снизить. Однако этого не произошло.
Даже сверхдоходы от роста цен на нефть в связи с событиями на Ближнем Востоке не решают проблему: для заметного улучшения ситуации цена нефти должна удерживаться выше $100 за баррель минимум в течение года, а структурные трудности — слабый рост, инфляция и проблемы банковского сектора — от этого не исчезнут. Сильный рубль дополнительно давит на экспортные доходы.
По данным за январь–апрель, дефицит бюджета достиг 5,9 трлн рублей (примерно 2,5% ВВП) — это в полтора раза больше годового плана. Фонд национального благосостояния сократился примерно на 60% по сравнению с довоенным уровнем. Минэкономики снизило прогноз роста ВВП на 2026 год до 0,4% против ранее ожидавшихся 1,3%; в первом квартале экономика впервые за три года показала сокращение. «Резервы не бесконечны», — признал министр финансов.
Последствия и возможные решения
Власти стоят перед выбором: либо сокращать оборонные расходы, либо искать экономию в других статьях бюджета. Пока руководство предпочитает сохранять финансирование обороны и искать компромиссы в иных расходах, но ограниченность резервов делает такую модель всё менее устойчивой.
