Резкая распродажа на долговом рынке: что произошло
Российский рынок государственных облигаций пережил сильнейшую за несколько лет распродажу: в понедельник индекс RGBI упал на 1,59% — наиболее существенно с конца сентября 2022 года. Падение ускорилось после незначительного снижения в пятницу, и индекс опустился до февральских минимумов.
Рост доходностей и что это значит
Доходности длинных ОФЗ поднялись до примерно 15,5% годовых — столько власти теперь вынуждены предлагать инвесторам за займы на 10–15 лет. Это отражает повышение риска для бюджета и удорожание обслуживания долга.
Главные факторы давления на рынок
- Риск увеличения бюджетных расходов — более высокие траты давят на потребность в займах;
- Опасения относительно устойчивой инфляции, которые поддерживают высокие ставоки по бумагам;
- Действия Центробанка: ключевая ставка была снижена лишь на 0,25 п.п. до 14,25%, и регулятор дал понять, что скорость дальнейшего смягчения может быть ограничена.
Бюджетная нагрузка и долговые планы
В проекте бюджета на 2026 год Минфин изначально планировал привлечь около 4,4 трлн рублей займов и сократить дефицит. Однако к концу мая дефицит превысил годовой план и достиг примерно 6 трлн рублей — вдвое больше, чем год назад. Дополнительные расходы приводят к необходимости увеличивать заимствования.
По оценкам, правительство намерено увеличить военные расходы на несколько триллионов рублей и частично финансировать их за счёт секвестра гражданских статей и дополнительного выпуска долга на 2–3 трлн рублей. Объём государственного долга с начала военных действий вырос примерно вдвое и сейчас составляет порядка 32 трлн рублей.
Последствия для бюджета в ближайшие годы
В этом году примерно 9% расходов бюджета, или около 4 трлн рублей, пойдут на выплату процентов по госдолгу. По текущим оценкам, если тренд сохранится, к концу десятилетия расходы на обслуживание долга могут достигать существенной доли ВВП, увеличивая фискальную нагрузку.
Глава Центробанка отметила, что бюджетные риски уже начинают проявляться, и что фискальная политика в ближайшие три года, вероятно, будет более стимулирующей, чем предполагалось ранее, что дополнительно повышает инфляционные риски.
